"

CYRIL MACALISTER

"

GARRETH MACALISTER

"

HOLDEN ELPHINSTONE

HEXHELL: they all going to die;

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » HEXHELL: they all going to die; » Heiðreksgátur » you're pretty only when i'm drunk [15.04.2016]


you're pretty only when i'm drunk [15.04.2016]

Сообщений 1 страница 4 из 4

1


Eli Ashdown & Lavinia Sedgewick
фес, королевство марокко; илай эшдаун очень не любит сюрпризы, и кое-кому пора узнать об этом.
http://funkyimg.com/i/2eP8T.gif http://funkyimg.com/i/2eP8U.gif


0

2

Знаете это дурацкое чувство, когда вам полная задница? Лавиния отлично знала, что это за зверь такой, даже побывала в смердящей расщелине его …хм… половинок. Не понравилось, надо сказать. И вот женщина успешно выбралась из очередной передряги, замела следы, выиграла себе пару дней или часов – более чем достаточно, - как стоило столкнуться с новой херней.
- Привет, любовь моя.
Она узнала его не сразу. Плечистый, коренастый мужчина, европеец в толпе арабов всегда выделяется, даже если на нем будут очки, арафатка на пол-лица и пробивающаяся с сединой щетина. Узнаванию поспособствовало 2 фактора. Первый, Лава отправила к нему сына, так что где-то, теоретически, с малой долей вероятности он мог сигануть через полмира, чтобы найти виновницу торжества (Сэджвик слишком сильно влияла на мужчин, прям никто ее забыть не может, будь проклята роковая красота… и проворные воровские пальцы). Второй, стальная хватка на предплечье, вырвавшая ее из хоровода базара. Ах да, еще глаза. Слишком знакомые, слишком голубые. Точно такие у ее сына – Доминика Сэджвика.
- Если тебя прислал Бальтазар, то можешь передать ему катиться обратно в ад, - Лавиния осматривается, прислушиваясь к инстинктам и пытаясь понять, действует ли Илай один. Ужалось вернуть руку в собственные владения. – А если ты от Дома, то лучше бы следил за малым, устрой знакомство с сыном, все-таки 19 лет не виделись, - проверяет мусорные баки, вернее сказать груду мусора, которую не слишком брезгливый демон вполне мог использовать для засады (к сожалению, она даже знала парочку, которым бы это понравилось) . – Еще бы я не оставляла его без присмотра, - задумчиво, все же возвращая взгляд на мужчину, - учитывая персон, которые за мной гоняются, - и еще, если Эшдаун хочет потом увидеть все артефакты и мало-мальски ценные вещи на месте. Все же, Ник был ее сыном, а Сэджвик никогда не упускала того, что плохо лежала (та даже хорошо –все равно находила лазейку, талант, говорим же).
В любом случае, появление здесь Илая… все еще не укладывалось в голове блондинки (хотя сейчас волосы были выкрашены в темный цвет, дабы не сильно выделяться. Спойлер: не очень помогло). Она не видела его 20 лет (к счастью) и надеялась не видеть еще 40-50 (план провалился, очевидно). Идея отправить к нему Доминика была последней соломинкой, надеялась уберечь сына, пока разберется с демоном (или хотя бы пристроить парня, если она с задачей не справится). Глава Эдинбургского Штаба должен был остаться в Эдинбурге, знакомиться с сыном, целовать потерянный (окей, украденный) 20 лет назад артефакт и даже не думать о ее существовании (возможно, надеяться, что демоны ее таки сожрут). Но то ли у Эшдауна не поубавилось любви к ней, то ли ненависти прибавилось. Инстинкт подсказывал ставить на последнее.
- Я не знаю, на кой ляд ты сюда приперся, дорогой, но если не намерен сдавать демонам, советую улепетывать об... Твою мать!
Лава увернулась от демонической стрелы в последний момент. Лучник стоял на возвышении, готовясь ко второму удару. Женщина точно знала, что нужна Бальтазару живой… ведь так?
Комичность ситуации была в том, что на другом конце планеты их сын сейчас находился в очень схожей ситуации. Сэджвикам явно стоит держаться подальше от адских созданий.

0

3

http://funkyimg.com/i/2dAD7.png— О нет, дорогуша, — Илай Эшдаун [а это был именно он, во плоти и как всегда прекрасен, - вероятно потому, что на удивление трезв и чертовски зол] почти шепчет ей на ухо, впрочем, в секундной тишине даже это кажется слишком громким, словно кто-то взял древний молот и со всей силы ударил в набат, разнося, разметывая его звон по округе - к каждому дому, к каждому человеку, - и на мгновение нет ничего, кроме нервного, натянутого гудения, проходящего по телу, — я хочу видеть твою голову у себя над камином, а не у непонятного демона, — у стража нет благородных позывов помочь ближнему своему, ближней, матери собственного сына, если уж на то пошло, черти бы ее задрали [впрочем, чего уж там, именно этим они и собираются заняться, - и на кой хер он влез? постоял бы в стороне, - отличное было бы зрелище, а если Лавиния Сэджвик умудрилась настолько вывести из себя детей Сатаны, то тогда и похоронами заниматься не придется, тратить казенные средства, могилу копать на общем холме, - от нее просто ничего не останется, - а отпечаток с мокрого места вполне влезет в спичечный коробок, - и транспортировать удобно, красота], — буду холодными зимними вечерами тренироваться в метании дротиков, пять очков в лоб, десять - в глаз, — стрела, выпущенная сверху, впечаталась в стену аккурат между ними, выбив мелкое крошево из каменной кладки, войдя в нее почти на половину, оставляя на секундное обозрение лишь причудливое оперение, выдающее демоническое происхождение, - англичанин действует практически на автопилоте, - за годы тренировок и работы в поле тело знает, что делать лучше своего хозяина: рука нащупывает один из метательных ножей, скрытых под полами джеллаабы, пальцы проходят по руническим символам, впаянным в сталь еще на этапе ковки, перехватывают удобнее, и, одним четким движением, после разворота, отправляют его в то место, где еще секунду назад находился стрелок, что ныне оставил вместо себя лишь пустое место; нож, не нашедший ребер, меж которых собирался влететь, пробивая легкие, обиженно звякнул о крышу, прокатившись по инерции еще пару метров. Страж тихо чертыхается, после чего призывно вытягивает руку, в кою оружие и возвращается: местные эдинбургские умельцы работают не хуже демонических, зачаровывая все, что попадется под руку: чего стоили одни разрывные наконечники для стрел, любовно приобретаемые Сирил, имевшие привычку взрываться от любого случайного прикосновения, нашпиговывая ближайшие метры острой серебряной шрапнелью: тут даже не оборотню дурно станет, - выковыривай ее потом из матушкиного нежно любимого дивана, который теперь даже нищим отдать стыдно.
http://funkyimg.com/i/2dAD7.pngПерехватывает Сэджвик до того момента, как она решит выкинуть очередной фортель [не то, чтобы он был столь низкого мнения о наличие у стажа мозга, хотя ладно, был, причем - вполне обоснованно], уже привычно зажимая ее предплечье стальной хваткой, практически впихивая в крытый узкий проулок, где вдвоем то не развернешься, уводя с открытого пространства туда, где их хотя бы нельзя будет подстрелить сверху, - англичанин сомневался, что лишняя дырка в черепе будет ему к лицу, в остальных частях тела, впрочем, тоже. — У тебя есть, — на секунду отвлекается, смотря на циферблат наручных часов, — две минуты чтоб кратко объяснить, что тут происходит. Время пошло. — хватку страж даже и не думает ослаблять, - вариант, при котором Сэджвик прибьют, после того, как он, какого-то дьявола преодолел полторы тысячи миль, разделяющих Эдинбург и Фес, его не особо-то устраивал. И даже думать не хотел, почему именно.

+1

4

- Совсем не изменился, все такой же очаровашка, - обреченно, запихиваясь в узкий проем меж домами. Таких в Фесе полно, переплетаются, сплетаются, а затем так же неожиданно обрываются, предлагая любопытному путнику свернуть в местную лавку торговца специями или посудой. Таких тут тоже полно, целые кварталы.
Но мы отвлеклись. Нынче положение Лавинии Сэджвик было печальным, плачевным, в общем, желало оставлять лучшего. Женщина застряла между молотом и наковальней, вынужденная выбирать между демоническим убийцей снаружи и отцом своего сына, желающим ей не менее мучительной смерти. Лава обожала судьбу, подбрасывающую ей столь восхитительные моменты.
Что ж твоя задница, Эшдаун, не осталась в Эдинбурге? А?
Страж сжала зубы, дернулась, проверяя стальную хватку мужчины, и пожала плечами. Ладно, пусть Илай подержит ее за руку, раз ему так больше нравится. Как говорят, у всех свой фетиш.
- Кратко: я в полной и глубокой заднице, о наблюдательнийший из всех, - шепчет, прикидывая, как лучше всего выбраться из безопасной ловушки, куда они загнались. Снова придется вырываться с боем или переместиться в ближайшую улочку. Ох, черт, как же она ненавидела это. – Демон, который стрелял – наемник Бальтазара, того самого, что крутится в аду и считает себя большой шишкой, - впрочем, так оно и было, этот крысеныш поднялся по чертовой карьерной лестнице преисподней, намереваясь занять место одного из князей Ада. – Охотятся они за мной уже давно, - сколько точно, Лава решила не уточнять именно сейчас, - но так близко подобрались впервые. Очевидно, это все твое появление. Ты приносишь несчастья, Эшдаун, - неодобрительно закончила англичанка.
В полной версии стоило добавить, что Бальтазар преследует ее уже 18 с половиной лет, желая оторвать голову и забрать душу за то, что та нарушила условия сделки. Молодая и глупая Лава впуталась в сомнительную аферу по добыванию артефакта из дома одного лопуха (того самого, что нынче сверлил в ней дырки, явно представляя, как она извивается под пытками. Извращенец!). Просто так украсть медальон было невозможно, древняя магия все дела, только получить от владельца. Вот и пришлось соблазнять Илая, впутываться в отношения и готовить завтраки ему и двум малышкам, доставшихся мужчине от погибшего брата. Впрочем, Сирил и Реджинлейт были славными, Сэджвик действительно к ним привязалась.
Шесть месяцев.
Полгода этот черствый тупица не мог разориться на подарок. Пришлось действовать, а что еще прикажете слабой и беззащитной девушке? В тот вечер Лавиния приготовила очень вкусный кофе, плеснув туда изрядной доли виски (как любил Эшдаун) и любого зелья (как нужно было ей). Не прошло и 10 минут, как мужчина готов был на все и даже больше ради нее. Подарить небольшой медальон из дальнего ящика было для мужчины в радость.
На следующий день Лава исчезла, прихватив «подарок» и пару винилов. И ребенка, как оказалось очень скоро, буквально через неделю, когда ее начало тошнить по утрам, от резких запахов и, казалось, от самой жизни. Бальтазар не появлялся, она нервничала, а тест на беременность оказался положительным.
Твою мать.
Сэджвик слишком хорошо знала, что с ней сделает демон, когда узнает о ребенке. В общем, девушка сделала то, что делала всю свою жизнь – прихватив украденное, смылась со всех радаров.
И вот она в Фесе, демоны продолжают ее искать, Илай Эшдаун (намного более злой и с проседью) ее нашел, а действие зелья явно выветрилось, так что попросить оставить ее в покое не выйдет.
- Готовься, - Лава положила руку на предплечье мужчины и они исчезли. Вновь появились секунду спустя в улочке парой кварталов выше, она ходила здесь утром, выискивая убежище.  – Если хочешь поговорить, обеспечь нам безопасное место, сладенький, - правда была в том, что Сэджвик устала, господи, да ей почти 40, и большую часть жизни она в бегах.

0


Вы здесь » HEXHELL: they all going to die; » Heiðreksgátur » you're pretty only when i'm drunk [15.04.2016]